October 18th, 2009

я

Любимый почерк

С весны мечтала купить себе Sisley Eau de Soir, все ходила его нюхать, все колебалась (и так до фига духов, сколько можно и т.д.), жила, одним словом, не как попало, а с мечтой.
Когда живешь с мечтой, зрение обостряется, ты начинаешь примечать мелочи и понимать намеки, жить с мечтой вообще полезно.
В книжке Лары Галль([info]laragull ) было описание этого флакона, я его узнала сквозь все иносказания (жизнь с мечтой обостряет всякую прозорливость), и сегодня у нее в гостях я попросила один пшик, контрольный в голову - если и на этот раз понравится, пойду и куплю, думала я, однова живем.
В ответ на это Лара вынесла полный флакон и подарила его мне насовсем.
Мне самой доводилось отдавать даром  духи, что не подошли или разонравились, но как же я обожаю такие вот редчайшие, волшебные совпадения, как я обожаю вообще всякие совпадения и всякое волшебство и сбычу мечт на пустом буквально месте, все эти маленькие подтверждения, что все не зря, эту знакомую, привычную  подпись - как я ее люблю...

я

Время пения настало

Мне все казалось, что я гений аскетизма, что притязания мои смехотворны до слез, что я так мало хочу, так убого, так преступно мало, и я все удивлялась, что такой малости, таких пустяков мне все не дают и не дают.

Когда пустяки эти начали давать, я и подумать не могла, какой это, оказывается, длинный список и какие бездны, какие чудеса кроются за каждым из этих пустяков.

Я мечтала, чтобы ко мне приезжали на дачу, чтобы разрушили, развенчали этот апофеоз одиночества. Я мечтала, чтобы приходили ко мне в дом и делали его пригодным для жизни, заполняли, заселяли, разбивали эту ледяную корку. Я мечтала, чтобы всегда смешно, и чтобы общие друзья, и чтобы когда у меня неприятности - не советы давали, а просто побыли рядом, чтобы читали то, что я пишу, не как письма к себе, а  просто как то, что я пишу, чтобы принесли вкусного и приготовили, чтобы не заглядывали воровато в дверь, а вошли в мою жизнь, просто потому что она моя, чтобы выстелили ее собой, как выстилают гнездо собственным пухом - вот каких пустяков я, оказывается, хотела, не больше и не меньше. Чтобы ко мне приехали на работу и любовались, как я работаю - об этом я даже не мечтала никогда, хотя там есть чем полюбоваться. Еще я мечтала, что мне когда-нибудь будут говорить спасибо.

Не так уж я неприхотлива, как мне казалось, дщери иерусалимские.