Хлебная тема

Приняли-таки закон о педофилах, ура. Если до сих пор в России каждому мужику потенциально грозила тюрьма (за что посадить, всегда найдется, тоже мне проблема), то теперь каждому мужику будет грозить кастрация. А говорят еще, у нас никаких улучшений. Да у нас улучшение за улучшением.

Свое мнение относительно данного конкретного улучшения я высказала еще три года назад, когда закон еще только замышлялся (http://malka-lorenz.livejournal.com/70744.html ). Мнение было такое:

"Я, знаете ли, сама мать малолетней девочки, не говоря о том, что когда-то и я была малолетней девочкой. Я тоже очень плохо отношусь к насильникам и считаю, что маньяку - маньячья смерть и все такое. В этой мысли, кстати, нет ничего нового, и совершенно не обязательно для этого пересматривать УК.

Насильник насилует не потому, что его окрыляет мягкость наказания. Насильственные действия сексуального характера, да еще в отношении малолетних, да еще, не дай бог, сопряженные с убийством - и так относятся к особо тяжким преступлениям и караются вполне себе сурово.  Вряд ли насильник говорит себе - пойду-ка я изуродую какого ни то ребеночка, ну в крайнем случае отсижу пятнашку, делов-то. Насильник насилует не потому что за это мало дают - за это много дают. Он насилует потому, что его плохо ловят.

И несчастная малолетняя проститутка из беспризорных, и первоклассница, которую мать продает за бутылку, и девочка, которую с колыбели растлевает отчим - они будут молчать, сколько бы не давали по этой статье. Настоящим жертвам эта истерия ничем не поможет. Маньяк будет и дальше маньячить, сутенер сутенерствовать, а насильник - насиловать. Все эти вопли про педофилов - они совсем не про детей, на детей всем, как всегда, наплевать, они пешки во взрослых играх. А игры вырисовываются веселые.

Народец приучается  правильно реагировать на пароль, вырабатывается  павловский рефлекс. Пароль очень грамотный, задевает правильные струны. Кто возьмется защищать педофила? Дураков нет. Все сразу представляют себе детский трупик в овраге, и ярость благородная захлестывает остатки мозга. А между тем под действие этой статьи подпадает не только изверг, который душит девочек в чулане. И первокурсник, который занимается любовью со своей шестнадцатилетней подругой, и отец, купающий в ванне свою годовалую крошку - они все тоже считаются педофилы. Ненасильственные действия сексуального характера - очень расплывчатая формулировка, как ты ее в кодексах ни распиши. Трогал десятиклассницу за грудь? Пожалуйте в кутузку. Поменял малышке памперс - прощай, мужик, ты ж до гениталий дотрагивался. Спортивных тренеров надо истребить как класс, а про детских гинекологов даже думать не хочется.

Если хорошенько завести народец на эту тему, маньяков останется ровно столько, сколько было, а вот у остальных граждан жизнь сильно переменится.

Политические перестановки станут абсолютно бесплатными. В прошлое уйдут избирательные кампании как таковые - достаточно намекнуть в телевизоре, что противник педофил, и пусть скажет спасибо, если его не линчуют.

Невероятно упростится конкурентная борьба. Все рейдерские технологии станут не нужны - конкурент просто сажается по педофильской статье, и компания ваша.

У опостылевших мужей не останется никаких шансов на жилплощадь, и вообще разговор с ними будет короткий. Соседка-пьяница больше не будет собирать бутылки, вы сами будете давать ей, сколько попросит, иначе она завопит на весь двор, что вы приставали к ее дочери-дошкольнице - все видели, как вы качали ее на качелях вместе со своей дочкой. Детки тоже быстро смекнут, что к чему, и двоек в школе больше не будет, а педагоги-мужчины побегут от детских учреждений, как от чумы. Расторопная девушка путем шантажа к 18 годам играючи накопит себе на платный вуз.

Изувеченных детей меньше не станет. Зато взрослые будут ходить под статьей поголовно и будут как шелковые."

Теперь закон принят, и все снова взволнованы. Не меньше других взволнована Наталья Радулова, разместившая в своем блоге статью за авторством некой Ирины Каминской.

Отрадно видеть, что некая Ирина Каминская цитирует меня практически абзацами. Когда посторонний автор солидарен со мной до последнего слова, это свидетельство хорошего вкуса. Ниже я привожу те места из ее опуса, где автор слился со мной в единый разум:

"..неустрашим педофил ничем. И насилует он не потому, что за это мало дают – дают много, а потому что плохо ловят, "

"Под действие нового закона запросто попадает любой половозрелый мужчина. И юный Ромео, сожительствующий с недостигшей возраста согласия юной Джульеттой, и отец малолетней дочери, и учитель, и тренер, и детский врач, и просто сосед, который вас чем-то не устраивает. Не нужна никакая конкурентная борьба, никакие рейдерские захваты: обвинить в педофилии - и нет конкурента.

Бесконечный простор предоставляет нам законодатель и для бытового шантажа: нужно отвоевать жилплощадь у бывшего мужа? – без проблем. Обеспечить себе безбедное существование за счет более удачливого соседа? – запросто. Можно даже в школе не учиться – пока там еще остаются учителя-мужчины, делать с ними можно всё что угодно! Понятно, что отток из образования и медицины мужчин будет расти."

Найдите, так сказать, десять отличий.

Если Ирине Каминской и Наталье Радуловой вдруг захочется поговорить об этом - в моем лице они найдут приятного, душевного собеседника.